Согласно опубликованной информации, президиум Правительственной комиссии по цифровому развитию под руководством вице-премьера Дмитрия Григоренко утвердил методические рекомендации для федеральных органов власти и государственных внебюджетных фондов. По замыслу, ведомствам нужен единый «шаблон» планирования цифровой трансформации на 2026 год и последующие 2027–2028 годы: общий формат документа, общие требования к содержанию и, что критично, общий подход к ожидаемым результатам.
Почему это вообще пришлось делать? Потому что раньше цифровая трансформация часто выглядела как витрина проектов, описанных в разных форматах и разными словами. В одном ведомстве это перечень ИТ-внедрений, в другом — набор инициатив без понятных метрик, в третьем — внутренняя автоматизация, которая никак не отражается на удобстве услуг. В такой ситуации трудно сравнивать планы, трудно понимать, что реально меняется, и почти невозможно честно ответить на простой вопрос обычного человека: «мне станет быстрее, проще и понятнее — или просто появится ещё одна система?».
В предоставленной информации говорится, что рекомендации фиксируют три опорные вещи.
Во-первых, цифровая трансформация должна описываться как связанная программа изменений — с целями, показателями и ожидаемыми эффектами, а не как набор разрозненных ИТ-проектов.
Во-вторых, задаются требования к структуре и содержанию: нужно показывать текущее состояние, целевую модель, перечень инициатив, систему показателей, план реализации и механизм управления.
В-третьих, вводится типовая форма программы на 2026–2028 годы, чтобы документы разных ведомств стали сопоставимыми и их можно было оценивать в единой рамке.
Для граждан и бизнеса в этой идее есть понятный смысл: разговор о цифровизации должен сместиться от «сколько систем внедрили» к «что изменилось для людей и компаний». Если ведомство заявляет цифровую инициативу, оно должно уметь объяснить, какие конкретно процессы станут быстрее, какие действия исчезнут, где снизится административная нагрузка, почему взаимодействие станет удобнее. В идеале это повышает прозрачность: становится понятнее, что именно планируется менять и по каким критериям оценивать результат.
Но вместе с плюсом появляется и риск — и его важно проговорить заранее. Методические рекомендации могут либо усилить управляемость и качество цифровых изменений, либо породить новую волну отчётности, которая начнёт съедать время и ресурсы. В открытой части обсуждения часто не хватает самого главного для внешней оценки: как именно будут выглядеть ключевые показатели, как они будут считаться, как будет проверяться «эффект для пользователя», а не только выполнение формальных пунктов плана. Если эти элементы останутся непрозрачными, всегда будет соблазн сделать «правильный документ», но не сделать «правильное изменение».
«Мы видим, что в госуправлении и в бизнесе всё сильнее формируется понимание: цифровые решения — и особенно искусственный интеллект — внедряются не ради моды, не ради отчёта и не ради демонстрации “инновационности”. Их внедряют ради изменения управленческих и производственных процессов. Это ключевой сдвиг. При этом важно разделять инструмент — ИТ — и сами бизнес-процессы: ИИ даёт эффект тогда, когда заменяет ручной и интеллектуальный труд в цепочке операций системно, а не точечно. Поэтому методические рекомендации — это попытка задать общий формат, в котором ведомства должны мыслить процессами и результатом.
Мы в Ассоциации также исходим из этого принципа: формируем вокруг себя экосистему специалистов в сфере ИТ и ИИ, а также в бизнес-процессинге, чтобы помогать региональным органам власти и промышленным предприятиям внедрять ИИ совместно с партнёрами. Но есть принципиальный риск: отчётность по рекомендациям не должна занять всё время регионов и ведомств и заменить собой реальный результат. Если “бумага” станет важнее изменений, эффект для людей и бизнеса будет потерян».
Утверждение методических рекомендаций может стать шагом к более зрелой цифровой трансформации, в которой государственные ИТ-инициативы объясняются через цели, метрики и реальный пользовательский эффект. Однако конечный результат будет зависеть от практики применения: станут ли рекомендации инструментом управляемых изменений или превратятся в очередной тяжёлый контур отчётности.
